Турарбекова: «Иранский режим слабеет. И эта слабость становится очевидной год от года»

По состоянию на 12 января известно о 500 погибших во время протестов в иранских городах. По сообщениям прессы, силы КСИР используют военную технику и крупноколиберные пулеметы для подавления народных выступлений.

Стоит ли сравнивать события в Беларуси в 2020-м с тем, что сегодня происходит в Иране? На этот и другие вопросы в эфире Еврорадио ответила политолог Роза Турарбекова.

— У меня вопрос к нашим слушателям: мы смотрим на эту страну или на себя? Если мы смотрим на себя в 2020 году, на наши желания и стремления, то это одно. Но это не касается того, что сейчас происходит в Иране.

По словам эксперта, Иран — совершенно другая, не похожая на Беларусь страна, там совсем другой контекст. И события, которые там развиваются на глазах у всего мира, куда более драматичные. Хотя бы исходя из количества жертв.

Турарбекова отметила, что ей еще неделю назад был очевиден исход нынешнего протеста: «Он еще продолжается сейчас, но уже спадает».

Экспертка прогнозирует, что в течение ближайших дней мы увидим новый виток протестов, который будет заметно отличаться от первой фазы.

Турарбекова подчеркнула, что из Ирана приходит мало информации после того, как власти откючили интернет. По ее мнению, это сделано для того, чтобы скрыть преступления: «Они расстреливают протестующих, устраивают репрессии — звучит цифра о 10 тысячах арестованных».

Во всем этом, как и в событиях в Венесуэле, беларусы видят себя. И это их может запутать, предупреждает экспертка:

Во-первых, это разные страны и разный контекст. Во-вторых, в отличие от Ирана у беларуского демократического движения есть штаб и лидерство. И штаб, и лидер, к сожалению, находятся за пределами страны. Но в Иране такого ярко выраженного движения нет. Сын последнего шаха Реза Пехлеви таковым не является. Он просто воспользовался ситуацией.

У этого протеста очень слабо выраженная политическая повестка. И ярко выраженная экономическая. Что не означает, что политические требования протестующих несостоятельны, подчеркнула политолог.

Турарбекова предположила, что январский протест в Иране скорее всего будет подавлен. Она считает, что к заявлениям Вашинтгона о возможном вмешательстве США в иранские события нужно относиться с долей скептицизма.

И потому, что популярность находящегося в Соединенных Штатах сына шаха среди иранцев очень мала. И потому, что иранцы, как и другие народы Ближнего и Среднего Востока, неодобрительно относятся к внешнему вмешательству.

— Тут принцип — как бы не навредить, — отмечает экспертка. И добавляет, что обещанные Трампом удары в случае расстрелов демонстраций запоздали на несколько дней. Сегодня репрессии уже развернулись по всей стране, сбивая волну протестов.

Говоря о сути и природе нынешнего протеста, Турарбекова сравнила его с выступлениями 2022-го, вызванными смертью молодой иранки, отказавшейся носить хиджаб. Сегодня на улицах заметно больше людей: «Это свидетельствует о том, что иранский режим слабеет. И эта слабость становится очевидной год от года».

Политолог обратила внимание на то, что после предыдущих протестов в Иране были развернуты массовые репрессии. Только за прошлый год было казнено более 2000 человек, многие из которых были участниками событий 2022-го.

— И после всего этого люди все равно вышли на улицу от отчаяния, потому что экономическая ситуация в Иране очень сложная. Это означает, что конец этому режиму может наступить если не сегодня, не в этом месяце, то в течение ближайших нескольких лет, — считает Роза Турарбекова.

Она сослалась на слова своего ученика Игбала Абилова, специалиста по Востоку, осужденного в Азербайджане. Тот не раз бывал с этнографическими экспедициями в Иране и пришел к выводу, что в этой стране за последние годы происходят качественные изменения среди молодежи.

— А в отличие от европейских стран, Иран очень молодая страна, здесь очень много молодежи. Короче говоря, молодежь в Иране будет задавать направление развития общества. Им не хватает сегодня идеологического обоснования своей революции, — считает экспертка.

По ее мнению, лозунги «Смерть диктатору!» и «Долой хиджабы!» таковыми не являются. При этом Турарбекова убеждена, что и обоснование, и лозунги, и лидеры протеста вскоре появятся, так как в иранском общесте на них сегодня существует огромный запрос.